Владимир Гройсман: «Собаки – это часть нашей жизни»

- Благотворительность?  — Владимир Гройсман, руководитель издательства «Деком», ООО «Зоозащита» и фонда «Сострадание» уточняет в телефонную трубку, — только ведь у вас в программе указано «благотворительность для граждан», а мы занимаемся благотворительностью среди собак. Они – не граждане, — голос Гройсмана звучит чуть иронично, но за иронией слышна легкая, все понимающая досада.

Да, собаки – не граждане. У них нет паспортов, прописки и прав. Зато у них есть Гройсман – человек, который несколько лет назад открыл собачий приют и, вопреки недоумению многих обладателей паспортов и прописки делает этот город лучше – для собак и для людей.

— В 2012 году у меня началась личная история взаимоотношения с бездомными собаками – и так, сам собой, появился приют, — эта фраза – единственное, что Гройсман готов рассказывать об истории открытия благотворительного фонда. Зато о сегодняшнем дне и обитателях приюта он может говорить бесконечно. – Когда мы начали заниматься помощью животным, выяснилось, что выйти из этого уже невозможно. Жить в городе и понимать, что в нем каждый день убивают собак зверским способом – это достаточно тяжело.

— Как люди реагируют на то, что вы собак отлавливаете, стерилизуете и отпускаете? – спрашиваю его, вспоминая, как по дороге на интервью перекинулась парой взглядов («Собака, как дела?» — «Да ничего, лежим, загораем») с живущей возле нашего дома дворнягой. На ухе у дворняги клипса, означающая, что пес стерилизован и не представляет опасности для окружающих. Он и правда не представляет: греет пузо на солнышке и вяло отмахивается хвостом от надоедливых голубей.

— По-разному реагируют, — отвечает Владимир Гройсман. – Знаете, это, пожалуй, вопрос из серии: «На какие группы по степени неадекватности делятся нижегородцы?» Насколько адекватны/неадекватны они по отношению к детям, своей семье, работе, алкоголю, отдыху, ровно так же они неадекватны по отношению к собакам. Никакой разницы нет, относиться по-человечески к собакам или к детям. Четвероногие – одна из составляющих нашей жизни. И если человек обладает хоть каким-то понятийным аппаратом и дает себе труд понять, для чего проводится стерилизация животных, он не даст себе попасть в плен стереотипов.

— Их много? В смысле, стереотипов и их носителей?

— Масса. Люди могут сидеть, пить водку и говорить: «Да зачем этих собак стерилизовать, они сами подохнут». Другие люди могут писать петиции о том, что нельзя лезть в природу, и сколько она определила бездомной собачке шансов стать мамой – столько и нужно ей дать, а стерилизация зло. И я не могу им объяснить, что большинство из тысяч бездомных щенков умрет от недоедания, болезней, будет сбито машинами. Третьи, напротив, выступают за «истребить всех».

В Москве перед Олимпиадой-80 был проведен жестокий эксперимент. В городе убили всех бездомных кошек и собак – истребили их начисто, до единой. Через полтора года популяция животных увеличилась вдвое. С другой стороны, сегодня в Санкт-Петербурге хватает полутора тысяч стерилизаций животных в год, чтобы популяция бездомных собак в городе держалась на минимуме – правда, там программа гуманной регуляции численности животных работает уже не один год лет. Впрочем, компаниям, которые получают контракты на отстрел животных, выгодно, чтобы популяция не сокращалась. Поэтому они убивают щенков (для поддержания отчетности), но не убивают их мать, чтобы та через какое-то время снова принесла приплод.

Мы сначала думали, что, если начнем спокойно разъяснять нашу позицию, люди ее услышат. Бесполезно.

— Все настолько плохо?

— Та часть людей, которая дает себе труд разобраться в проблемах регулирования популяции животных – она нас поддерживает. Но градус неадекватности людей сегодня, к сожалению, растет. И агрессия, которая подогревается новостями из телевизора (люди уже не первый год ежедневно смотрят новости про войну, и это не может на них не сказаться), выливается в общее повышение уровня агрессивности общества. У некоторых его представителей она начинает зашкаливать, они хватаются за ружье и идут стрелять…

— Собак? Потому что, стрельни в человека, посадят в тюрьму, а за собаку кто ж посадит?

— За собаку тоже гипотетически могут посадить по статье 245 Уголовного Кодекса, только сажать никто не будет. Над собаками сегодня издеваются как хотят, и мы таких случаев знаем десятки. Но я не хочу об этом говорить.

— Почему?

— Потому что каждый рассказ о пытках, которые переносят собаки, каждое фото изувеченного животного – это стимулирование догхантерства.

— Как-то хочется верить, что люди все-таки начнут понимать животных. Собаки со своей стороны, мне кажется, сделали для этого уже все возможное.

— Слушайте, у нас в группе ВКонтакте https://vk.com/bfsostradanie уже порядка 15 тысяч человек, и их количество увеличивается каждый день. Этюд оптимизма для нас заключается в том, что людей, помогающих животным, становится все больше. И все больше людей берут животных из приюта – мы каждый раз выкладываем отчет об этом в нашу группу. Недавно старшая дочь сказала мне: «Ты понимаешь, что вы уже пристроили больше восьмисот животных?» — а она видела, как мы начинали, как трудно было найти добрые руки хотя бы для одной-двух собак. И если псов будут брать все больше, значит, случаев жестокости будет все меньше – из-за снижения факторов приложения жестокости. Над кем издеваться, если все собаки – домашние, и за каждую может вступиться ее хозяин?

— Вы верите в то, что все собаки могут стать домашними?

— Я верю, что популяцию домашних животных можно держать на минимуме, под контролем, благодаря стерилизации. На сегодняшний день уже не родилось около 70 тысяч щенков – и около 65 тысяч из них не попало под колеса машин, не умерло с голоду и не стало замученными живодерами. Знаете… Мы понимаем, что в этой войне победить нельзя. Но и сдаваться нельзя.

— Люди нередко говорят: «Я бы взял дворняжку, но непонятно, какой у нее будет характер. С породистыми все более предсказуемо».

— Это правда. Проблем с дворнягами может быть реально больше, чем с породистым щенком, взятым от заводчика – при условии, что щенок этот рос дома. Потому что наши собаки – это не малые щенки, у каждой «за плечами» история боли, обиды, разочарования, страха… У моей собаки есть черты характера, которые я не могу изменить; у нее своя сложная судьба – три перелома лап и так далее… И если вдруг в комнату входит незнакомый ей высокий худой мужчина, она начинает лаять. Но, с другой стороны, с дворнягами в сто раз легче – уровень благодарности, уровень «нуждаемости» собаки в хозяине зашкаливает. Когда мы гуляем с собакой, она от меня далеко  не отходит, постоянно контролируя, где я, нахожусь ли в поле ее зрения. Просто, беря собаку в дом, надо понимать, что это не живой робот, которому вы можете задать программу, а существо, имеющее право на собственный характер и предпочтения.

В группу «Сострадания» ВКонтакте нельзя заходить, не имея хотя бы получаса свободного времени. Вырваться оттуда невозможно: истории собак – счастливые, страшные, полные надежд – завораживают. Читаешь – и каждую собаку примеряешь к себе: а вот эта могла бы стать моей?

И думаешь, не съездить ли опять в приют, на Коминтерна, 29 «а». Не привезти ли собакам корм, впитывающие пеленки, лекарства? Не пообщаться ли с ними поближе? Тем более, что каждая история собаки, ожидающей своего хозяина, заканчивается одинаково: «Приезжайте знакомиться!»

Журналист: Светлана Иконникова

Источник: http://ivolgann.com/%D0%B2%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80-%D0%B3%D1%80%D0%BE%D0%B9%D1%81%D0%BC%D0%B0%D0%BD-%D1%81%D0%BE%D0%B1%D0%B0%D0%BA%D0%B8-%D1%8D%D1%82%D0%BE-%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82/